В Алтайском театре кукол рассказали о «лихих девяностых»

Паша в спектакле «Паша». Фото: Пресс–служба фестиваля

Судя по выбору экспертов «Золотой маски», лучшее, что у нас есть, — это спектакли режиссеров из Белоруссии. Два из них поставлены Игорем Казаковым — «Ревизор» в Петрозаводске и «Гоголь. Триптих» — в Екатеринбурге; третий — Александром Янушкевичем в Барнауле — «Паша». Еще два представлены Центральным театром кукол им. Образцова — славянский фолк-хоррор «Белая уточка» Бориса Константинова, о превращении княгини в птицу, и байопик об основателе прославленного коллектива «Я — Сергей Образцов» в постановке его внучки Екатерины Образцовой.

Александр Янушкевич, как и Игорь Казаков, — выпускник Белорусской академии искусств, учился на актера театра кукол, затем — на режиссера того же направления. Работал в Минске, ставил в российских городах, был главным режиссером в Перми и Бресте.

Алтайский театр кукол «Сказка» впервые за свою без малого 60-летнюю историю участвует в «Золотой маске» и представлен в номинациях: «Лучший спектакль», «Лучшая работа режиссера», «Лучшая работа художника» — Антон Болкунов, «Лучшая работа актера» — Роман Баталов, которому предстоит непростое состязание с коллегами: Германом Варфоломеевым — Башмачкиным, Валерием Полянсковым — капитаном Копейкиным и Александром Шишкиным — Поприщиным в «Гоголь. Триптихе», Родионом Михно — Хлестаковым и Олегом Романовым — городничим в «Ревизоре», Евгением Цыгановым, сыгравшим своего выдающегося родственника в «Я— Сергей Образцов», Екатериной Малетиной (гендерного разделения в кукольном ведомстве нет) в «Белой уточке».

«Паша» поставлен по мотивам цикла «неинтеллигентных рассказов» Павла Селукова «Добыть Тарковского» о пермской жизни 90-х — начала нулевых. Как и его герой, автор родился на окраине Перми. В одном из рассказов он вспоминает, как вдохновлялся в отсутствие Интернета культурными телепрограммами, «духовно жил с тремя мужчинами: Архангельским, Ерофеевым и Швыдким». В спектакле эти имена отсутствуют, а Пашу отправили на окраину Барнаула, где сплошь панельные дома. Прозу адаптировал для сцены московский драматург Алексей Гончаренко, сфокусировав в главном герое многих других персонажей первоисточника. Никакого мата, все мягче и благопристойнее, хотя в туалете одноклассницы травят девочку, увидев ее без трусов, а она закидывает их фекалиями. Позиционируется спектакль как история жизни тех, «кому за 35». Драматург из Москвы, режиссер из Минска, художник из Алма-Аты — впечатляющая по нынешним временам международная команда. Правда, и спектакль 2021 года рождения.

Не кукла, а драматический актер, как и в других номинированных спектаклях, стал фигурой номер один. В театральных училищах бытовала такая практика: не поступил на драматического отделение — иди на кукольное, где недобор. Многие так и делали. И тут таковые наверняка имелись и достигли мечты, получив возможность проявить драматический талант. Увы, у многих его не оказалось, и это сильно подкосило интересный по замыслу спектакль. Роман Баталов тоже мечтал о карьере артиста без куклы, но почувствовал вкус к ней.

Паша на наших глазах взрослеет, набирается ума-разума, встречается с девушками, обнимает их в неположенном месте (больше негде). Непросто складываются его отношения с отцом. Приходится торчать с ним в гараже в ущерб собственным интересам. А настоящей близости нет. В какой-то момент отец превратится в серый мешок с горловиной, напоминающей свитер героя фильма «Брат» Данилы Багрова, — реальный свитер Сергея Бодрова. Из него торчит голова, по счастью, напоминающая самого актера Юрия Антипенкова, а не Бодрова-младшего. Вместе с подельником Паша обворовывает квартиру ветерана, выносит костюм с медалями, но потом возвращает, благо совесть осталась. Вот так парень с окраины, у которого 12 зубов, проходит уличные университеты, формируется в писателя.

Художник спектакля — Антон Болкунов из Алма-Аты. Он окончил в Москве Высшие режиссерские курсы, где учился у Ираклия Квирикадзе, снял короткометражки. В кукольных театрах России уже работал, а с Александром Янушкевичем уже представлял на «Золотой маске» «Повесть временных лет» из Тольятти. Он сравнил персонажей «Паши» с брейгелевскими калеками. Ничего не надо придумывать, достаточно выйти на остановку и увидишь «человека-колено». Человек-гипс тоже годится. Кукла-нарукавник — это сам Паша. Его друг примерно такую же «кишку» натягивает на ногу как штанину. На руках и ногах головы появляются как наросты, на них препарированные лица актеров. У кого-то только одна конечность. Вторая — рука или нога актера, что дает эффект сиамских близнецов. Некоторых нематериальных героев таскают за шкирку. Есть тут девушка — спасательный круг (часть купальника на него и надета), девушка-коса, цепляющая куклу как гирю. А кто-то существует сам по себе, без куклы, хотя она — единственное спасение, поскольку переход на сопредельную драматическую территорию для кого-то оказался равен смерти в профессии.

Источник

Оцените статью
Добавить комментарий
×
×